29-09-2016 Просмотров: 195 apn

Результаты выборов в Госдуму

КонстантинНиколаевич, результаты голосования на выборах депутатов Госдумы для васоказались ожидаемы? Или сюрпризы были?

В целом, если говорить о том, что в парламентпо спискам прошли четыре партии, что победила «Единая Россия» и в большинствеодномандатных округов тоже выиграли кандидаты от «Единой России», – былоожидаемо. В мае-июне я делал несколько прогнозов, и примерно о таком исходедумской кампании и говорил.

Что оказалось неожиданным… Конечно,итоговый результат «Единой России». ЕР смогла очень достойно выступить ипо партийному списку и в одномандатных округах: в ходе кампании обсуждалось отом, что в 170-180 одномандатных округах единороссы выглядят фаворитами, но онивзяли 203 округа, причем выигрывали у сильных политиков.

Ачем это можно все-таки объяснить? Низкой явкой? Как правило, ссылаются на то,что «сушка» явки идет на пользу «Единой России».

Нет, я думаю, что даже если бы явка была выше, результат всеравно оказался примерно таким же, или, может быть, у «Единой России», как этони смешно, даже лучше.

Почему?

Потому что рассказы наших либеральныхэкспертов о том, что люди ногами проголосовали против, – это от лукавого, всеерунда – неуклюжая попытка объяснить свой проигрыш, подгоняя псевдомотивировку.Достаточно много было примеров и у нас в России, и за рубежом, когда именнопротестные голоса делали выборы. Протестный электорат (люди, которые чем-тонедовольны) очень сильно мотивирован прийти на участки для голосования и выразитьсвое мнение. Не ходят на выборы, как правило, лоялисты или те, кого все болееили менее устраивает. Они могут, конечно, на что-то брюзжать, но, когдачеловека все устраивает, он думает: зачем я буду жертвовать своим выходнымднем, поездкой на дачу или на пикник? А вот если у человека дыханиеперехватывает от протестных настроений, то, я вас уверяю, что он точно дойдетдо участка и проявит себя в голосовании, – это очевидно, так что срединепришедших сторонников «Единой России» так же много, как и среди тех, ктопроголосовал.

Переносвыборов с декабря на сентябрь, за что критиковали в первую очередь «ЕдинуюРоссию», на ваш взгляд, не оказал серьезного влияния на конечный результат?

На самом деле, скажу вам как технолог, иногдапрактикующий, работа “на улице” становится основным способом, основным методом,основным инструментом, который мотивирует избирателя голосовать за того илииного кандидата. Это касается как партии власти, так и оппозиции. Это тенденцияпоследних пяти лет: все, кто получал хороший результат, работали “на улице”.Второй результат [оппозиционера Алексея] Навального на выборах в Москве [в 2013году] – это результат его активной работы на улице, присутствия там. Хорошийрезультат [Дмитрия] Гудкова в Тушинском округе, где его никто вообще не знал (японимаю, если бы его выдвинули на юге Московской области, где политическаяродина клана Гудковых), но его выдвинули в Москве, и, благодаря его активнойработе на улице, получен такой результат.

Вы прекрасно понимаете, что работать на улицеможно только в теплое время, когда достаточно длинный световой день:получается, с 18 до 20-21 часа – самое активное время для агитации на улице(для кубов, мобильных групп, встреч во дворах). Если летом мешает толькодождик, то осенью – и погода прохладная, а в некоторых субъектах Федерации ужезаморозки начинаются, и световой день намного короче (а темнота не оченьрасполагает к общению).

Поэтому я не думаю, что перенос даты выборовпредопределил конечный результат, просто надо было учитывать специфику периодапри планировании кампаний и выборе способов и методов агитации. По сути,адаптироваться к летней кампании смогла только «Единая Россия», хотя, побольшому счету, выборы в сентябре не выгодны именно единороссам: мы ужеговорили, что лоялисты – основная электоральная группа поддержки ЕР, как раз исделали выбор между дачным отдыхом и электоральными процедурами не в пользупоследних.

Ещеи праймериз повлияли?

Естественно. «Единая Россия» начала своюкампанию заранее, она активно использовала май-июнь, доотпускной период. Ипомимо обновления депутатского корпуса, помимо того, что список кандидатов былфактически согласован с гражданами, крайне важно, что победившие напредварительном голосовании кандидаты получили необходимый уровень известностиу своих избирателей. А остальные партии… Такое ощущение, что они собиралисьпоработать последние полтора месяца, да и то даже с 1 августа никто особо неработал: все вспомнили о выборах, когда началась активная фаза агитации, замесяц до дня голосования.

Этопри том, что о праймериз было известно еще осенью прошлого года, и у всех былодостаточно времени, чтобы также постараться начать свою кампанию заранее. Что помешало?

Понятно, что у всех партий нет возможностипроводить такие праймериз, какие провела «Единая Россия». Но сама по себепроцедура могла быть другой. Можно было это сделать в Интернете. Можно былозаместить медийный фон какими-то событиями и поводами. Но нельзя, совершенноочевидно, когда выборы в середине сентября, начинать кампанию в серединеавгуста. Если ты хочешь победить, конечно. Я думаю, это урок для всех, и вследующие выборы парламентские партии к этому точно адаптируются, анепарламентские, те, кто останется, думаю, тоже выводы сделают.

Почемукоммунисты так сильно просели? Ведь пять лет назад у них было почти20 %.

Здесь несколько причин – идеологические итехнологические. Это и поздний старт, и достаточно фрагментарно представленнаяпрограмма, и слабая политическая реклама – это все в полной мере относится и ккоммунистам. Коммунисты говорят избирателям: «Мы знаем, мы сможем», – но чтоименно они знают и что они смогут, не конкретизируется. Скажем, сообщение«Единой России» предельно конкретно: «мы партия президента», «мы партиякрымского консенсуса», «мы знаем, как преодолеть кризис», «мы знаем, какпротивостоять внешнему давлению», «у нас есть специалисты, которые способныработать на разных уровнях государственного управления, поэтому доверьте нам» –абсолютно четкий, конкретный месседж, очень короткий, кстати, легкозапоминающийся избирателями. А что за месседж: «Мы знаем, мы сможем»? То есть укоммунистов очень много технологических ошибок. Иногда кажется, что они слишкомрьяно бросились перенимать зарубежный избирательный опыт. Мне одному кажется,что лозунг «Мы сможем» очень похож на «Yes we can», который использовался какодин из слоганов кампании Обамы?

Чувствуетсясумятица?

У коммунистов все сбивалось: с одной стороны,они драматизировали кампанию опасностью внешнего давления и активизацией пятойколонны, с другой – ставили ролики, в которых то дети в своих сочиненияхфантазировали о том, каким должно быть будущее страны, то космонавтов пыталисьиспользовать. Мне сложно понять, зачем: на современном уровне медиапотреблениятакого уровня реклама смотрится как отголосок 90-х. Это касается не толькокоммунистов, но именно они (как главная оппозиционная партия до недавнеговремени) могли бы получше подготовиться. Я понимаю, когда непарламентскиепартии на коленке снимают ролики: с плохой цветокоррекцией и т. д.

Есть еще идеологическая проблема, она связанас программой: почему не было четкого месседжа? За что, собственно, агитируем?Социальные гарантии? У нас все партии гарантируют выполнение социальныхобязательств. Соответственно, а чем вы лучше? Чем ваше предложение лучшепредложений «Единой России», или «Справедливой России», или ЛДПР, которая,кстати, тоже заявляла о социальных гарантиях? Это размытость до уровнясмешения, поэтому коммунисты потеряли значительное количествонекоммунистического протестного электората, который ситуативно всегда примыкалк ним как главной оппозиционной партии.

КПРФ идеологически состоялась на ностальгиипо Советскому Союзу. Собственно, [лидер ЛДПР Владимир] Жириновский все времяэто им в вину ставит. Но они молодцы, что сумели монополизировать ностальгию.Однако сейчас, когда появилось большое количество социалистических икоммунистических партий, надо не плакаться, что спойлеры мешают, надо четкоформулировать свою идеологию и свою политическую программу.

Запросна обновление тоже не учтен?

Запрос на обновление есть, но каких-то новыхярких политиков коммунисты нам не продемонстрировали. Меня вот удивляет: у насвроде бы вся оппозиция говорит, что у них огромное количество людей, партия«Патриоты России» даже говорила о 10 тысячах честных граждан, которых она можетпривести во власть. Но при всем при том они полностью, по-моему, даже список незакрыли: 10 тысяч у них где-то есть, а для выборов в Госдуму 600 не нашлось.Смешно выглядит.

Что касается коммунистов, сейчас они должнычетко сказать: кто они, в чем их идеология, в чем их приоритеты. Повторюсь: онивсе время тактически теряли, потому что тему социальных гарантий исоцобеспечения использовали все партии, и коммунисты на их фоне не были лучше.Соответственно, радикальные сталинисты ушли от КПРФ к «Коммунистам России».КПРФ не могла идти с такими слоганами, потому что тогда она и ситуативногоэлектората не получила бы, и значительной группы базового электората лишилась,потому что если в целом на Сталина они реагируют сдержанно-позитивно, то насталинские методы управления – однозначно плохо.

Но«Коммунисты России» на этом как раз и сделали свое пятое место?

Количество сталинистов, благодаря [лидерупартии «Коммунисты России»] Максиму Сурайкину мы теперь знаем точно: их двапроцента. Его партия не предлагала ничего, кроме 10 сталинских ударов покапитализму. Причем непонятно, что это за сталинские удары: из истории мызнаем, что так называли основные сражения Великой Отечественной войны. Понятно,что это делалось исключительно с попыткой забрать самый центр коммунистическогобазового электората, но я думаю, что в «Коммунистах России» переоценили впроцентном соотношении число людей, которые готовы за это голосовать. Тем неменее, они забрали 2% у коммунистов. И из этого всего сложилась неудачакоммунистов.

Естьмнение, что провал коммунистов – это провал лично Зюганова: уйди Зюганов, иКПРФ имела бы шансы получить более существенную поддержку. Согласны с этим?

Я не думаю, что личность Зюганова сыграланегативно. Я бы говорил в целом о слабости коммунистической кампании. Если мырассматриваем Зюганова как лидера, думаю, он вполне неплохо на свою партиюработал. И в конкретных текущих условиях любой другой лидер коммунистам сильнобы не помог. Другое дело, что вопрос смены поколений в партии назревает. И,кстати, не только в коммунистической.

Наверное,как и в ЛДПР. Тольколиберал-демократы, в отличие от коммунистов, продемонстрировали своюстабильность, и даже улучшили результат пятилетней давности. Это феноменВладимира Жириновского?

Эти выборы у них взлет. На самом деле, у наснезастывшая, статичная история: каждые выборы показывают срез политическихпристрастий граждан на текущий момент времени. Это самый точный соцопрос. Напрошлых выборах ЛДПР была четвертой партией, их обогнали эсеры. Сейчас ЛДПРпоказала лучший, пожалуй, результат в этом веке. Хотя раньше у них были и болееяркие достижения.

Мы можем говорить о том, что ЛДПР,безусловно, улучшила свои позиции. Здесь тоже есть несколько причин. Во-первых,яркий лидер, который достаточно тонко чувствует базовый электорат партии (дажепотенциальный электорат), и очень профессионально выстраивает коммуникации. Оничетко встроились в рамки крымского консенсуса: мы даже увидели ролики, что,оказывается, 20 лет в Крыму, когда он был в составе Украины, была подпольнаяячейка ЛДПР.

Во-вторых, идеология ЛДПР – это такоепричудливое сочетание патриотизма, социальных гарантий и умеренногонационализма. Соответственно, на каждый из этих пунктов есть свой избиратель.Еще важно, что ЛДПР получила новых избирателей, которые стали ее рассматриватькак главную оппозиционную партию, партию второго выбора. То есть люди хотятпроголосовать не за «Единую Россию», а их партия по каким-то причинам ихразочаровала. За кого проголосовать? За ЛДПР: патриоты, говорят правду в глаза,жестко – «за бедных», «за русских», «за нас».

«СправедливаяРоссия», в отличие от остальных парламентских партий, всю избирательнуюкампанию балансировала на грани. Что все-таки помогло Сергею Мироновуи его команде мобилизоваться?

Я говорил, что «Справедливая Россия» пройдетв парламент. У партии в регионах много популярных политиков. Соответственно,эти политики, работая на свой результат, будут вытягивать результат партии.

Для «Справедливой России», учитывая тоткризис, который она прошла за последние пять лет (раскол, уход достаточнознаковых людей, электоральная яма в течение двух лет), – это результат. Партиясумела выбраться из кризиса, она подтвердила свой статус большой политическоймашины и показала, что имеет необходимое количество сторонников для того, чтобынаходиться в Государственной думе.

Тоесть можно говорить, что для «Справедливой России» итог выборов – это успех?

Да, на этом этапе, конечно же, да. У них жебыли идеологические метания от евросоциализма до «белых ленточек». От нихотворачивался их же базовых электорат. После относительного успеха 2011 года,когда они смогли собрать протестные голоса больше, чем КПРФ или ЛДПР, у нихбыло два тяжелых года, когда они на региональных выборах терпели сокрушительныепоражения. Все-таки партия сумела собраться, сформулировать новую программу,найти новую нишу и, соответственно, преодолеть спад. Поэтому мой прогноз был,что они пройдут.

Чемможно объяснить снижение результата «Яблока» (в сравнении с выборами 2011года)?

Смотрите: у «яблочников» в Москве 10 %, вСанкт-Петербурге – тоже 10 %. Но с поправкой на явку это мало голосов –примерно по полмиллиона. Вся остальная страна им дает столько же, сколькоМосква и Петербург.

Этоне было учтено?

У них была ошибка, связанная с достаточностранным выдвижением кандидатов. Я считаю обоснованным только выдвижение[Владимира] Рыжкова на Алтае – у него там есть определенная история иузнаваемость.

Быловремя, когда они показывали и получше результаты…

Какие у них были результаты?

Фракцияпосле выборов 1999 года, например…

Да, 1999 год. Но их успехи относятся кпрошлому веку. Надо было исходить из того, что во всех городах-миллионникахявка ниже, чем в целом по стране, но все равно там надо было работать – этоосновной электорат Яблока. Я этой работы не заметил, хотя следил оченьвнимательно. Плюс ко всему политическая реклама партии «Яблоко» – это же ужас:какое-то новое «Яблоко», и почему не старое «Яблоко»? Более-менее они попали ваудиторию с роликом про ручку. Конечно, их ошибка – выход из крымскогоконсенсуса. Я всегда говорил, что группа либерально настроенных избирателей,которые готовы голосовать за «Яблоко», сильно раскололась после Крыма налибералов-патриотов и либералов-западников. Последних, очевидно, меньше. «Яблочники»не учли этот момент, они говорили о том, что Крым – это территория Украины, чтоэто не очень одобряемо большинством, в том числе в среде либеральныхизбирателей. Поэтому мы можем даже посчитать, сколько у нас активныхизбирателей, которые вне крымского консенсуса – это результат «Яблока» и«Парнаса», всего 2 %. Даже если 3 % – этого недостаточно для парламентскогостатуса. Позитивной повестки «Яблоко» тоже не предлагало: партия хотелаизменить политику, чтобы нас полюбил Запад. Но люди понимают, что полюбить насособо никто не хочет, да и не собирается.

Кстати, по поводу кадровой скамейки нашейоппозиции: если ты претендуешь на то, что ты – оппозиционная партия, что тызнаешь, что надо сделать, презентуй свое правительство. Такая хорошая традиция –теневой кабинет. Оппозиция во всем мире это делает. Вы говорите, что высможете. Хорошо, скажите, а кто ваш министр финансов, кто ваш министрэкономического развития и т. д.

Приэтом критикой любят заниматься все…

Дочитали? Отлично. Тогда самое время немного подумать о катализаторах, которые сейчас имеют большую популярность. Например, катализатор Land Rover предлагает компания «Выхлопные системы».

Это ради бога. Базовая ошибка: в политической коммуникации существует закон: самая жесткая критика с призывом уйти всейпартии власти в отставку, хороша для того, чтобы привлечь внимание. Но послетого, как ты привлек внимание, ты должен объяснить, почему ты лучше, обосноватьсвое моральное право на власть. А это – программа, программа, которая отвечаетзапросам людей. И это при всем при том, что она должна быть изложена такимобразом, чтобы ты мог вызвать доверие, потому что избиратель в России оченьискушенный. Не просто сказать, что у нас где-то в закромах спрятано 10 тысяччестных профессионалов, а предъявить, хотя бы не 10 тысяч, а 10, 20 или 100человек, но предъявить.

Вновой Думе у нас, как известно, будет один самовыдвиженец, один представитель«Родины» и один – «Гражданской платформы». Это плюс три к «ЕдинойРоссии»?

Думаю, что [Владиславу] Резнику фракция«Единая Россия» ближе – он проработал в ее составе не один созыв. [Алексей]Журавлев тоже был во фракции «Единая Россия». Как поступил [Рифат] Шайхутдинов,я не знаю.

Я хотел бы сказать о другом: «Родина» и«Гражданская платформа», благодаря тому, что их представители сумели выигратьвыборы в одномандатных округах, получили преимущество перед остальныминепарламентскими партиями, и у них очень серьезный задел на следующие пять лет– и на региональных выборах, и на федеральных: их представители обладают правомзаконодательной инициативы. Это важно, поскольку между выборами людиинтересуются деятельностью тех партий, которые есть в органах власти, потомучто от позиции этих партий зависит принятие законов, влияющих на жизнь граждан.Люди за этим следят, не очень много, не очень внимательно, но все-такиследят – что решила Госдума, какие законы принимаются в регионе и т.д. Упартий, которые никуда не прошли, возможности находиться в поле естественногоинтереса гораздо меньше.

Плюс,они ведь получили право выдвигать своих кандидатов на выборы без сбораподписей?

Да, верно.

Главнымтребованием Кремля и ЦИК было обеспечение честности и легитимности этихвыборов. Оновыполнено, на ваш взгляд?

Давайте исходить из фактов: большинствонаблюдателей, работавших в России, никаких существенных претензий непредъявили: они сказали, что выборы открытые, что все процедуры соответствуютдемократическим нормам и правилам. Соединенные Штаты и Евросоюз (естественно, соговоркой по Крыму) признали наши выборы открытыми и демократичными. Поэтому ямогу сказать, что это удалось сделать.

Плюс ко всему очень активная позиция ЦИК: поработе с нарушениями на девяти участках результаты голосования уже отменены (толькодавайте не будем забывать, что на девяти из девяноста тысяч – понятно, что нарезультаты это никак, даже на уровне регионов, где это произошло, не повлияет).Все это намного меньше процента. Я не сомневаюсь, что, учитывая жесткую позициюЦИКа, будут делаться оргвыводы в отношении руководителей избирательных комиссийна уровне субъектов. Поэтому организаторы выборов в значительной степени решилиту задачу, которую они перед собой ставили.

Послепрошлых выборов Дмитрий Медведев назвал экс-председателя ЦИК Владимира Чуроваволшебником. Какпроявила в новом для себя статусе Элла Памфилова?

Памфилова большая молодец.

Когдаее назначали, у многих были сомнения…

Я вообще всегда скептик. Но в данном случаемогу сказать, что Памфилова очень хорошо себя проявила, как настоящийпрофессионал. Крайне важно, что в день голосования она пообещала подавать искипротив тех, кто, бездоказательно обвиняя, говорит о нарушениях. Это оченьсильно снизило медийную активность разных «общественных» деятелей ипрофессиональных «хейтеров» нашей избирательной системы.

Политтехнологам всегда смешно, когда говорято повсеместных «каруселях». «Карусель» – это метод нечестной коррекциирезультатов из 90-х. Сколько можно по такой технологии скорректировать?! Людислышат «карусель» и понимают, что это что-то плохое и негативное. А сутькарусели в том, что кто-то платит деньги тем, кто выносит чистый бюллетень сучастка. По сути, продает свой голос. Объясните мне, как в Москве с прозрачнымиурнами, камерами, с очень критически настроенными гражданами проводить такиемероприятия? Там половине граждан если предложишь денег, они тебя участковомусдадут.

На ваш взгляд, насколько велика вероятностьтого, что уже через три-четыре года список зарегистрированных партий в Россиизначительно сократится, а в конечном счете (учитывая, что идеология многих изних строится на патриотической платформе), количество партий можно будетпересчитать на пальцах?

Я думаю, количество политически активныхигроков будет сокращаться. Дальше все будет зависеть от того, какая концепциябудет принята в отношении «спящих партий». Я сторонник того, чтобы «спящиепартии», если они не проявляют активности в течение трех лет, подлежалиперерегистрации в общественные организации: чтобы они продолжали существовать,но уже не пользовались преимуществами по участию в выборах, которые есть упартий. Ведь партии должны заниматься политической работой, представлениеминтересов граждан в органах власти. Если ты эту работу не ведешь, существуй,тебя никто не закрывает, только не претендуй на те права, которые полагаютсятем, кто политической работой занимается.

Можно пойти по пути США и просто оставитьбольшое количество «спящих партий», о которых через какое-то время никто небудет знать, как в Америке, где больше 50 партий, но из них статусобщенациональных имеют пять, и мало кто об этом знает. В США действует системаквалификации: если партия пропускает хотя бы один цикл выборов, в следующий разей достаточно сложно получить доступ к электоральным процедурам. Поэтому таместь партии, которые активны только на территории определенных регионов, а всеосновные места и на уровне страны, и на уровне отдельных штатов делят междусобой республиканцы и демократы. Соответственно, члены этих же партий борютсяза посты губернаторов, судей, прокуроров и т.д. Это вопрос государственногорегулирования.

Послемассовых протестов 2011-2012 годов в России появились десятки новых партий. Но в выборах принималиучастие лишь 14, еще около десяти пытались это сделать. Почему остальные дажене попробовали?

Вы думаете, результат бы сильно отличался?

Врядли.

Все-таки 70 партий – это перебор. Исходя измаркетинговой теории, которая, как я считаю, и к политике имеет отношение,избыточный выбор – это то же самое, что и отсутствие выбора. Грубо говоря:избыток товаров одной категории – это то же самое, если бы там стоял один.Когда пять-десять товаров, у покупателя есть достаточно времени, чтобы прокаждую марку собрать информацию, когда их 30-50 – покупатель не успевает итеряется, и это затрудняет выбор и искажает его. Здесь не должно быть какой-тозаданности, политическая система должна быть гибкой, реагировать на запросыобщества, на появление новых социальных групп.

Шансы были даны всем. У всех была возможностьв ходе этой кампании обратиться к своим избирателям, предложить пути решенияпроблем, которые есть у страны. Можно было критиковать кого угодно и как угодно– все дебаты транслировались без купюр. Все показали себя во всей красе. Но…Результаты есть, и они очень хорошо показывают политические предпочтенияграждан России.

Современ Бориса Грызлова крылатой стала фраза «Госдума – не место для дискуссий».Конституционноебольшинство «Единой России», на Ваш взгляд, только закрепит этот тезис?

Я думаю, что дискуссии, конечно же, будут сучастием не только думских партий, но и партий, которые не прошли, посколькупрезидент и создатель «Единой России» Владимир Путин сразу после выборовсказал, что будет развиваться многопартийность, и нужно слышать голоса всех, втом числе тех, кто в парламент не попал. У нас уже были созывы, когда у «ЕдинойРоссии» было конституционное большинство. Парламент сотрясался. Думскаяоппозиция устраивала такие демарши, что спокойным созыв точно назвать былосложным. С точки зрения регламента 343 – это то же самое, что и 301.

Что всерьез повлияет и изменит имидж парламента, и будетформировать повестку и основные дискуссии, так это депутаты-одномандатники, невзираяна их партийную принадлежность. Потому что они, помимо того,что представляют партии, представляют еще и граждан субъектов и региональныеэлиты. У них в этом смысле больше обязательств, потому что на уровнеодномандатного округа по сути заключается контракт с избирателями: людиголосуют за тех, кто готов решать их проблемы. Это очень высокаяответственность.

Перед выборами [Вячеслав] Володин у нас вФонде на встрече с экспертами говорил, что даже «Единая Россия» там, где у неенет одномандатников, проседает. Да, у одномандатников персональная кампания, ноони все равно работали на партии. Это, я думаю, поняли все. И партиизаинтересованы, чтобы одномандатники выполнили то, что обещали во времякампании. В противном случае появятся другие одномандатники и, может быть, отдругих партий. А это очень важный политический и электоральный ресурс.

Оригинал этого материала опубликован на сайте ФедералПресс.

Поделиться:
Нажимая кнопку комментирования Вы соглашаетесь на обработку персональных данных
86, за 0,493